Древняя российская история от начала российского народа до кончины Великого Князя Ярослава Первого или до 1054 года

Данная книга является лишь первой частью обширно задуманной «Российской истории», которую Ломоносов только успел написать, или только одна часть сохранилась. Он начал работу над этим исследованием в 1751 г. и продолжал вплоть до своей преждевременной кончины в 1764 г., когда окончательный вариант первого тома (правда, без обещанных примечаний к нему) был сдан в типографию. Работа вышла в свет уже после смерти великого просветителя в 1766 г.

Книга состоит из вступления и двух частей: «О России прежде Рурика» и «От начала княжения Рурика до кончины Ярослава Мудрого». Во Вступлении Ломоносов отмечает, что все народы проходят одинаковые стадии развития, хотя одни могут отставать от других. Российская история подобна Римской, и если менее известна, то только из-за бывшего у нас недостатка в искусстве, «каковым греческие и латинские писатели своих героев в полной славе предали вечности». Ломоносов как великий российский просветитель поставил себе задачу «похвальными делами праотце в наших дать примеры: государям – правления, подданным – повиновения, воинам – мужества, судиям – правосудия, младым – старых разум, престарелым – сугубую твердость в советах, каждому незлобивое увеселение, с несказанною пользою соединенное».

Он считал, что своими трудами сможет дать бессмертие русскому народу. Первая часть книги по существу представляет собой развернутый вариант темы «О происхождении имени и народа Российского», с которой ранее не справился его вечный оппонент Г.Ф. Миллер, за что Ломоносов и подвергал его беспощадной критике. В десяти главах автор представлял свою версию наиболее сложных в описании первых веков отечественной истории, которую можно свести к следующей схеме: русский народ произошел от слияния славян с чудью, что «подтверждается согласием в избрании на общее владение князей варяжских». Затем Ломоносов излагает собственную версию истории славянского племени, которое появилось «за многие веки до разрушения Трои». С тех пор «величество и могущество» славянского племени «больше полуторых тысяч лет стоит почти на одной мере». С тем, что Ноев внук Мосох был «прародителем словенского народа», великий ученый не может ни согласиться, ни отрицать. Далее он полагает, что множество земель, занимаемых славянами, является доказательством их величия и древности, а слава их дел, считает он, дала им славное имя. Описав быт и верования древних славян, Ломоносов переходит к их переселению с востока к местам около Понтийского моря, когда, по-видимому, Александр Македонский дал славянам грамоту, которою «кроме наших новгородцев и чехи похваляются». Большое место автор отводит далее «знатнейшим свидетельствам походов словенских на Римскую державу». Доказав «дальнюю древность», величие и славу славян, переходит к чуди, составившей вместе со славянами российский народ. Чтобы показать давность и этих племен, полагает вначале, что «имя скиф по старому греческому произношению со словом чудь весьма согласно», «представив чудской народ в нынешнем его рассеянном состоянии и по большей части у чужих держав в подданстве, помыслить можно, что в соединении бывал некогда силен на свете». Когда были доказаны давность и величие обоих народов, составивших русский народ, Ломоносов переходил к варягам, поскольку их представители были первыми российскими правителями. Варяги «от разных племен и языков состояли и только одним соединялись обыкновенным тогда по морям разбоем». Среди них были и скандинавы, и славяне. К последним Ломоносов относил военачальников Одоакра, Редегаста и самого Алариха, победителя Рима. Славянское же племя пруссов было одноименным с племенем варягов-россов, поэтому их он тоже справедливо относил к славянам.